Лена Ужинова: Разность случая

1 Comment
Лена Ужинова

И вот, спрашивается, когда молодой ещё Бог

создавал Землю, о чём он думал на самом деле?
Е. Ужинова «Хочу»

 

Комиксы мало чем отличаются от литературы. У этих видов искусства больше сходств, чем различий. Особенно ярко это видно, когда рассматриваешь близкие по характеру повествования жанры. Таким, промежуточным звеном между литературой и комиксом, является автобиографический жанр.

Так или иначе, с этим жанром сталкивается в России почти каждый комиксист. Но не для всякого он становится центральным в творчестве. Да и для тех немногих автобиография служит, скорее, особым художественным оружием. Есть такие художники, как. Николай Маслов, обращающиеся к нему в стремлении создать глобальную картину мира, эпохальную историю, а есть и другие значительные художники, использующие этот жанр в иных, неожиданных целях.

Лена Ужинова – нонсенс. Её истории не претендуют на всеохватность. Они ориентированы даже не на толпу, а на одного конкретного читателя из среды знакомых. И в этом их изюминка. Читая комиксы Ужиновой, как будто подслушиваешь чужой разговор. Он оттого и притягателен, что кажется чем-то личным, интимным, что слышать вроде бы и не следовало. Это короткие чувственные истории, графические новеллы и зарисовки, где самое главное, пожалуй, не интрига сюжета, а чувство, пойманная врасплох эмоция.

Кажется, что для Ужиновой комикс важен не как эстетическое явление, а как фрагмент жизни, зафиксированное размышление, анализ пройденного пути. Иногда это «комиксы навзрыд», иногда – язвительные уколы. Но в любом случае это безжалостная правда.

Наше знакомство с художницей произошло в 2008 году на питерском фестивале комиксов. Предлагаемый здесь текст собран из нескольких встреч с художником, включая и фрагменты её выступления на «БУМФЕСТе», и разговоры у Лены в гостях, и фразы, пойманные при встрече на «КомМиссии-2009»… Создавая этот материал, нам было важно восстановить атмосферу живого общения с Леной. Атмосферу доверительной, интимной беседы.

Лена Ужинова: от себя

К комиксам я имею очень незначительное отношение, и заключается оно в том, что я их рисую. То есть, я даже не помню имена авторов, даже самых любимых, которые стоят у меня на полках, иногда даже не могу сказать, чем они мне так понравились. Они стоят там, они любимые – и всё.

Причём иногда мне нравятся плохие вещи.

Поэтому в жюри мне было очень трудно. (Речь идёт об участии в жюри на фестивале БУМФЕСТ в 2008 г. – Прим. ред.) Например, там были такие вещи, когда и Тищенков, и Маша, и другие ребята восхищались: вот, тут есть и история, и раскрашено всё здорово, и всё остальное… Но скучно же! А там, где накалякано… Например, историю китайца я читала раз пять, потому что не сразу поняла, о чём это. Но с каждым разом меня эта история заинтересовывала всё больше. (Автор этой работы – Li-chin LIN из Тайваня. – Прим. ред.)

Строгое жюри: Олег Тищенков,Маша Заборовская,Лена Ужинова и Намида

Разговор в гостях

Хроники Чедрика: В интернете и печатных СМИ о Вас почти нет никакой информации. Ну, только связанная с первым и вторым БУМФЕСТом. Это потому, что Вы «человек-в-себе» и Вам не интересно особо пиариться?

Лена Ужинова: Ну, да. Наверное… Нет, однажды я что-то набубнила в журнал «ВО!». То есть, набубнила-то я много, а напечатали что-то, даже не помню, что…
«ВО!» – молодёжный журнал Восточного Административного округа Москвы (Надя Имра сосватала сразу после «КомМиссии»). «Географию» напечатали, хотя я думала – их новенькое заинтересовало. Новенькое тогда было – «Связь», история про секс по телефону и космонавтов МТС.

ХЧ: Ещё удалось выяснить, что вы учились промышленной графике…

ЛУ: Да. Моё училище раньше называлось, когда я училась там, МХУ Памяти 1905 года, до меня — МОХУ Памяти 1905 года (областное потому что), теперь МАХУ Памяти 1905 года. Аблостное :) Шутка. Но на самом деле оно называется теперь (на сайте написано) Московское Государственное Академическое Художественное Училище — и маленькими буквами — памяти 1905 года. Букву «Г» в аббревиатуре они почему-то опустили. То ли буква не нравится, то ли государство (разберитесь, товарищ майор!) (это обращение не к тебе, Саша, а к товарищу майору)) Но если буква «Г» не нравится, то почему «Х» прошла – не понятно…

В нём, училище этом, ещё Акишин учился))) Чуть раньше меня года на три-четыре.

Тогда это понятие, «промграфика», включало в себя создание плакатов, фирменного стиля и т.п. Причём даже при Союзе Художников была мастерская промграфики, и это было такое место, куда поступали заказы от крупных заводов на создание фирменных стилей, разработку того и сего.

Жизнь во мгле (про хиппи)
Жизнь во мгле (про хиппи)

К моему художественному училищу эта мастерская отношения не имела никакого, но по распределению туда вполне себе можно было попасть. А я была распределена в какое-то жуткое место, Социально-конструкторское технологическое бюро (СКТБ). Нас туда пошло четыре человека, и делать там было совсем нечего.

 

Кстати, тогда я и нарисовала свой первый комикс.
Его главный герой – хиппи. Ну, я тогда была хиппи, правда не совсем уж такая хиппи, как другие… Мне было 20 лет, и в этом комиксе нарисована история, в чём-то основанная на моей тогда жизни. Человек ходит каждый день на работу, где всё типовое, и люди типовые. А ему, чтобы совпасть своими скромными габаритами с этим всем, приходится надевать какую-то робу и подкладывать стопочку книг, чтоб не болтались ноги, когда сидишь за столом. Делать на работе нечего, и все постоянно пьют чай. Поэтому их головы превращаются в чайники…
Продажа муз. КомМиссия-2009

ХЧ: Возвращаясь к теме образования… Мне известно как минимум несколько комиксистов, которые или учились, или хотели учиться в Полиграфе. Ну, наверное, потому, что комиксы – это чаще всего книги, а книжных художников у нас лучше всего именно в Полиграфе готовят…

ЛУ: Я тоже поступала в Полиграф. История была такая: после училища, естественно, сдавать экзамены и всё такое – не хотелось. Проработав один год в СКТБ, потом в Мастерской промграфики при Союзе Художников, я оказалась в компании своей подруги, которая готовилась поступать в этот вуз. Так я попала на подготовительные курсы. Они дали мне даже больше, чем четыре года в училище. Правда, учиться в Полиграфе потом я всё равно не стала.

 

Ещё у меня были тогда какие-то заморочки, что нужно обязательно идти работать. Причём идти непременно дворником…
Из серии про колобков
(кликабельно)

ХЧ: Видимо, это стало уже общим местом для московских художников – надо обязательно хоть раз поработать дворником или сторожем.

ЛУ: Да, причём мы с Пакиным (Бусыгина Лена, а Пакин – это кликуха, из Хармса)… мы с Пакиным, которая потом закончила Полиграф, решили стать дворниками на пару, и пошли по ЖЭКам, спрашивая, не нужны ли им дворники. А они такие хитрые! Они решили, что с бабами дело лучше не иметь. В общем, и нас никто не принял.

ХЧ: Первый комикс Вы нарисовали в 20 лет, но это был скорее порыв души, реакция на то, что окружало в те годы. А более серьёзное отношение к девятому искусству начало складываться ведь гораздо позже. Расскажите об этом подробнее.

ЛУ: Ну, в общем, да. Спустя восемь лет, году в 1995-м мы с родителями были в Париже. И там, в одном из книжных магазинов, я случайно наткнулась на книгу «Игра Леона» Николя де Кресси (De Crecy — Chomet «Leon La Came») за 110 франков. Она поразила меня, наверное, тем, как всё это было нарисовано. И тогда я вдруг осознала, что комиксы можно не только ЧИТАТЬ и СМОТРЕТЬ, их можно здорово РИСОВАТЬ. И это я тоже умею делать!

ХЧ: Возникает ещё один справедливый вопрос…

ЛУ: Чем же я занималась все эти восемь лет?

ХЧ: Ага.

ЛУ: Первая история (на уровне человека из каменного века) была сделана году в 1987-88. В 89-ом я всякой ерундой занималась, а в 90-ом решила поступить учиться на студию «Пилот».
Принесла свои картинки, и мне дали первое задание: чтобы я нарисовала им историю. Это была история про пуговицу. То есть с 1990 г. уже пошли раскадровки, какие-то такие придумки.
Потом, до 1995 г., рисовала для разных изданий. Например, для «Экспресс-газеты»…

ХЧ: То есть, для жёлтой прессы?

На БУМФЕСТе-2008. Чедрик, Тищенков, Ужинова

ЛУ: Да? Наверное.
Мы тогда с Ужиновым работали над мультфильмом «Жамэ». Работа была очень муторная, и надо было как-то отвлечься.

 

Об этой «Экспресс-газете», и что туда нужны художники, Ужинов услышал из программы «Времечко». Мы позвонили в газету, потом пришли и стали рисовать им комиксы. Я даже придумала для газеты персонаж, собачку Жаню. Они хотели пуделька, но для меня пудель – это верх какой-то пошлости, и я даже не знаю, как убедила их отказаться от именно пуделя. Потом у них ещё было много разных глупых предложений, а ещё – мы им очень много рисовали, а их всё что-то не устраивало, они требовали переделывать. И всего где-то четыре комикса опубликовали.

 

Но самое неприятное было, когда мы уже сказали, что больше ничего не станем рисовать для них. А они заявили, что, между прочим, образ собачки принадлежит им, а мы на него никаких прав не имеем. Я понимала, что они не правы, но всё равно было как-то противно.
Но это где-то год девяносто четвёртый.

ХЧ: А с 95-го всё и понеслось…

ЛУ: Кстати, один из человеков, который помогал нам раскрашивать мультфильм, — его зовут Колесов Игорь, — принёс посмотреть комиксы одного дядьки, какого-то немецкого еврея, который про крыс всё писал…

ХЧ: Шпигельмана?

ЛУ: Да. Причём я не помню, с переводом там было или без. Но мне показалось это интересным. Истории ведь можно рассказывать не только словами.

ХЧ: Я ещё хотел поинтересоваться об одном вашем персонаже. Вот – Александр Сергеевич, он к Пушкину имеет какое-то отношение?

ЛУ: Хм, нет *смеётся*

ХЧ: Есть, например, комикс, где Александр Сергеевич просыпается, и день у него очень странно проходит. Расскажи о нём.

ЛУ: Это дело тут в другом. Я долгое время размышляла, и хотела написать историю про человека, который то ли шизофреник, то ли не шизофреник. У него своя какая-то жизнь, свои заморочки… На самом деле, у нас в училище был натурщиком какой-то дядька, его звали точно не так, как в комиксе, но он был, наверное, шизофреником – и постоянно рассказывал всем истории про шпионов, которых он заметил, или про какой-то цирк, который он купил… и, в общем, там тоже всё было с какой-то тайной. У него была своя жизнь, очень странная, и мне показалось интересным показать в комиксе вот это состояние ненормальности и видения чего-то большего, чем есть на самом деле. Началась писаться эта история с того, что я представила себе, как он просыпается и идёт на Большой каменный мост около Кремля, чтобы посмотреть на шествие слонов. Причём это должен был быть праздник, и почему-то 7 ноября. Серые такие улицы, дождик, красные флаги и толпы слонов. Но это осталось на уровне идеи. Правда, потом это пыталось проявиться в каких-то придумках про слона и красное. Мы с Ужиновым придумывали короткие истории для мультфильма …или всё же комикса. А с Александром Сергеевичем вообще много было задумок. Например, как он собирал радио, чтобы поговорить с инопланетянами…

Лена Ужинова: следы муз

Не знаю, как это получилось, у меня вещи многие созданы «под музой». И забавно, что от личности музы зависит и то, как это всё рисуется, и что.

The end

(кликабельно)

Голова моя пухла тогда от непонимания — почему любовь — это так хуёво. Тому нашлось объяснение – простое и человеческое – типа, мальчик замужем был, но скрывал. Но у меня выпухлость мозга достигла таких соображений, что времени нет, вернее оно не линейно. То есть то, что со мной произойдёт в будущем, уже лежит где-то во времени. И можно только предчувствовать, что бусины событий нанизаются именно так и так.
Проще не скажу.

ХОЧУ
(кликабельно)

А это была правильная муза, поэтому любовь – правильная. Любовь, которая создаёт, открывает, которая приравнивается к Богу в своей созидательности. (Это пояснение для тех, кто не отрицает Бога. Для атеистов — История про то, как иногда полезно поехать отдохнуть на море.)

Падла. Хокку нах

Это реальная история про человека Юру, и про меня, и про мою горячо любимую подругу В…, которую я очень люблю, и за которую всегда идут бои. Умирают все. Но чувство юмора помогло мне выжить в этой истории.

Коллекция фетишиста
(кликабельно)

Это я зубы ходила лечить. История НЕ автобиографическая. Но доктор реально мне показывал коллекцию вырванных зубов. Сначала история писалась как про любовь – и я даже рассказала её на единственном в своей жизни мастер-классе, произошедшем на БУМФЕСТе, но потом цинизм жизни меня вдарил так, что мало не покажется. В ответ на этот цинизм я выплеснула эту историю – как Жириновский стакан воды на Немцова. Вернее, как мог бы сделать Немцов – выплеснуть тоже на Жириновского, или в глаз дать))

ПТИЦЫ
(кликабельно)
Поездка в Канаду оставила долго не заживающую рану. Поэтому в истории персонаж рвётся за море-океян. Музой моей был некий парикмахер. Вернее, как всегда, питерский человек, занесённый в Торонтовку волею судьбы.

 

Имена-фамилии муз не назову. В Питере на выставке (которую мне сделал БУМФЕСТ) всё было подписано. А теперь – не скажу. На «КомМиссии» они продавались, бери – не хочу. Теперь только при личном контакте расскажу)))

История из жизни, рассказанная на БУМФЕСТе

Все мои первые комиксы были сделаны не на компьютере, а руками – и графика, и буковки… Потому что у меня была хорошая бумага, фактурная такая, волосатая, и казалось, что на ней можно делать совершенно гениальные вещи. Теперь я больше на компьютере что-то делаю.

 

Большинство историй, которые я рисую, происходили в моей жизни… за редким исключением, вроде истории про колобков.
Где-то в Зеленоградске
Есть история про то, как мы с дочкой поехали в Калининградскую область, город называется Зеленоградск. Это всё бывшая Пруссия, и места там, конечно, странные. То есть там раньше была какая-то история, какая-то культура, какая-то жизнь. Там жили немцы – абсолютно другие люди. У них другие дома, и всё другое. До немцев там жили пруссы. А это совсем древние люди, которые к немцам, по-моему, даже не имеют никакого отношения. То есть, последний прусс умер в девятнадцатом веке, или в восемнадцатом, что ли. Но, между тем, эти места ещё долго назывались Пруссией. Это Литва, Калининградская область, часть Польши, ещё что-то…

 

Ну и, как всегда, была плохая погода: то ли дождик, то ли не дождик. Мы ходили в мешках таких полиэтиленовых, типа плащах. И поехали на экскурсию к так называемым Прусским камням… или как-то иначе они называются, я даже не помню, очень сложно они называются. Эти два камня интересны тем, что они находятся в лесу. И лес, соответственно, тоже не обычный, а какой-то культовый. И эти камни – как будто один, но рассечённый пополам. И есть такое поверье, что, если загадать желание и пройти между этими камнями, то всё исполнится. Только нужно обязательно с утра ничего не пить, не курить, никого не обижать, в общем, быть практически стерильным.
На БУМФЕСТе в 2007 г.
Но как раз в это же утро я случайно за завтраком (мы жили в санатории) съела чужую яичницу. Причём я начала её есть – и поняла, что это чужая яичница. Мне было чуть-чуть стыдно, но потом подумала, что ну если я начала, то мне уже придётся её доесть. И поэтому путь между камнями мне был закрыт. А дочка, которой было около пяти лет, – ангельское создание, и я решила, что она сможет пройти и загадать что-нибудь типа «мир во всём мире», ну или что-то такое.

 

Надо сказать, из группы в 20 человек прошло всего двое. Другие решили, что не, не надо. Потому как эти камни – они ещё могут и защемиться. То есть не факт, что пройдёшь, и всё нормально будет. И дочку я пустила последней между камнями – ну чтоб посмотреть, как всё будет с предыдущим человеком. Мне, конечно, было неловко спрашивать, что она там загадала. Иначе, мол, не сбудется… Но это уже, наверное, более поздние предрассудки – и я спросила-таки. Она мне сказала, что загадала котёночка. И что ещё он должен разговаривать на языках: на английском, на японском… Ну и я поняла, что эти замечательные прусские боги её желание исполнить не могли никак. И поэтому, когда мы отошли от камней, что-то вокруг стало падать, начался дождь, потом ливень, и он, как в библии, всё не кончался несколько дней, и залил не только Зеленоградск, но и Калининград. В общем, какое-то стихийное бедствие. Это ещё был и ураган. Невозможно было даже пройти от корпуса до столовой, сдувало.

Вот так родился комикс.

Статью подготовил А.Кунин,
специально для «ХЧ» #4’09
В статье использовны фотографии
Ю.Тимошенко, О.Ольгерд, А.Тупицына

One Reply to “Лена Ужинова: Разность случая”

Добавить комментарий