8 мая 2010. Круглый стол для издателей и читателей

No Comments

Тема круглого стола: «Судьба манги в России. Манга как часть визуальной культуры»

Организаторы: Фестиваль «КомМиссия» и веб-журнал «Хроники Чедрика»

Ведущие: Александр «Чедрик» Кунин (главный редактор журнала «Хроники Чедрика») и Олеся Ольгерд (редактор журнала «Хроники Чедрика», куратор раздела «Манга»).

8 мая 2010. Круглый стол для издателей и читателей манги


Участники:

  • Маркоткин Михаил Юрьевич, генеральный директор издательства «Росмэн» (Москва);
  • Сергей Харламов, генеральный директор издательства «Сакура-пресс» (Москва);
  • Николай Чесноков, генеральный директор издательского дома «Истари Комикс» (Москва);
  • Евгений Кольчугин, менеджер по маркетингу (издательский дом «Истари Комикс», Москва);
  • Дмитрий Яковлев, директор международного фестиваля «Бумфест» и руководитель издательства «Бумкнига» (Санкт-Петербург);
  • Мережко Дмитрий Юрьевич, учредитель российского манга-журнала «руМанга»;
  • Михнова Ирина Борисовна, директор Российской государственной библиотеки для молодёжи, кандидат педагогических наук, Президент Межрегиональной ассоциации деловых библиотек, член Совета РБА (2007-2010), председатель Секции юношеских библиотек РБА (2008-2011) (Москва).


Олеся Ольгерд и Александр Кунин (редакторы журнала Хроники Чедрика)

Олеся Ольгерд: Ну что же, начнём. Позвольте сначала представиться: я Олеся Ольгерд, редактор онлайн-журнала о комиксах «Хроники Чедрика», а это Александр Кунин, наш главный редактор.

Александр Кунин (Чедрик): Добрый день! Очень рад вас всех видеть. Друзья! Сегодня крайне необычное мероприятие. Такого ещё не было никогда. Ну, может и было — но давайте считать, что такого ещё не было.

Итак, в этом зале сегодня, в первый раз за всю историю человечества (в его русскоязычном лице), встречаются издатели комиксов и библиотекари. (Аплодисменты)

Ведущие представляют участников встречи, те рассаживаются по скамьям.

Чедрик: Часто возникают вопросы: как издатели решают, какую мангу и какие комиксы публиковать, где они продаются и где их купить, а также — если какая-то книга была выпущена несколько лет назад, где её теперь искать? Сегодня мы обсудим эти вопросы, и как вообще появилось это веяние — манга и комиксы — в России, каковы обстоятельства жизни этого явления сейчас, в нашем книжном мире… ну и сможем задать вопросы напрямую издателям и библиотекарям. Книготорговцев здесь, к сожалению, нет, но я думаю, что подобный круглый стол для нас не последний, ещё успеем задать вопросы и им.

Так получается, что издатели и библиотекари, люди достаточно серьёзные, сидят сегодня на лавочках, как будто бы… (пауза)

Ольгерд: Школьники?..

Чедрик: Ну почему же школьники? Нет…

Нет — как на лавке подсудимых! А вы, дорогие читатели, выступаете сейчас как будто в роли суда присяжных. Ведь, в конце концов, то, что делает вся индустрия книжного дела, ориентировано прежде всего на вас и должно соблюдать ваши интересы.

Начнём наш разговор.

Александр «Чедрик» Кунин: вступительное слово

Ольгерд: Для начала хотелось бы, чтоб ты кое-что немножко напомнил (конечно, здесь все люди знающие, что, откуда и почём, но ты скажи, пожалуйста) — как вообще у нас манга попала в Россию? Как всё начиналось?

Чедрик: Этот вопрос с одной стороны сложный, а с другой — достаточно простой. Манга явление нерусское; почему она заимела такую популярность в России — у меня ответ есть: потому что здесь существует хорошее, сильное движение любителей анимэ, и именно благодаря ему манга и смогла развиться в России.

Ольгерд: Тогда у меня такой вопрос к издателям: скажите, пожалуйста, как решаете, какую мангу будете издавать? Как вы вообще пришли к её изданию, почему решили ввязаться в это дело — выйти на достаточно ненадёжный рынок, который сейчас не имеет таких корней, как, допустим, в Японии?.. Кто первым ответит?

Заминка среди издателей, они начинают поспешно передавать микрофон друг другу, как будто перекидывают горячую картофелину. Первым быть не хочет никто. Смех в зале. В результате микрофон оказывается у Сергея Харламова.

Сергей Харламов (Сакура-пресс)
На вопросы отвечает
Сергей Харламов
,
генеральный директор
издательства «Сакура-пресс»

Харламов: Давайте я отвечу на правах (без ложной скромности) первого, кто вообще занялся мангой в России. Я из издательства «Сакура-пресс», напоминаю. Мы начали выпуск манги в 2005 году. Началось это, признаться, с личного увлечения — хотелось, так сказать, представить мангу российскому читателю. В 2005 году в апреле мы выпустили первые два тома манги «Ранма 1/2», и продолжаем её выпускать до сих пор. Это о том, как всё началось — с увлечения, которое переросло в более-менее серьёзное предприятие.

По поводу отбора названий манги для лицензирования, перевода и издания здесь — я выбираю их самостоятельно (разумеется, с учётом экспертного мнения — есть люди, у кого могу попросить совета), но как минимум два первых тома любой манги, которую мы собираемся лицензировать, или которая нас по тем или иным причинам заинтересовала (причины могут быть самые разные — разумеется, в первую очередь, это популярность в Японии, популярность в других странах — не только в Японии, но и в Америке или Европе)… Если это достаточно популярная в мире манга, мы обращаем на неё внимание, и после этого мы уже отбираем её по своим субъективным критериям — насколько, как нам кажется, она может быть интересна российскому читателю, потому что есть такие примеры, когда манга очень популярна в Японии, но, по тем или иным причинам, широкому русскому читателю интересна не будет.

Например, такова (из последних примеров; это, правда, не про русских читателей, но тем не менее) история с мангой Nodame Cantabile, которая в Японии безумно популярна, по ней снимается сериал, который по-моему уже выходит, но при этом в Америке и Европе издатели с этой мангой встретили большой провал — она оказалась почему-то неинтересна европейскому читателю. Вот, мы стараемся такие вещи отлавливать во время экспертной оценки манги, и манга, прошедшая все эти фильтры, в итоге попадает в наш список лицензий, которые мы хотим приобрести. И мы начинаем переговоры с японским издательством.

Ольгерд: Мы услышали, что в издательстве «Сакура-пресс» манга выбирается на вкус главного издателя — так?

Харламов: Да. Нет. Н-ну, я не сказал бы, что на мой вкус, потому что есть многие жанры, которые лично мне абсолютно не нравятся. Но это не значит, что мы их не будем издавать. Читая мангу, я оцениваю её исключительно с тех позиций, будет ли она интересна российскому читателю, нет ли в ней какого-нибудь чисто японского колорита, из-за чего у неё будет ограниченное количество читателей.

Ольгерд: А как определяете степень интереса российского читателя? Вы каким-то образом держите связь со своими читателями?

Харламов: Разумеется, мы держим связь со своими читателями на форумах, мы наблюдаем за тем, что происходит на всех интернет-площадках, так или иначе имеющих отношение к манге, там, где люди обсуждают, что им нравится… некоторые предлагают ту или иную мангу, которую они хотели бы видеть изданной на русском языке… Разумеется, мы не берём сразу ту мангу, которую просят на форумах — до этого вступает в дело экспертный отбор, потому что действительно, к сожалению (а может к счастью, не знаю), манга, популярная среди манга-фанатов, может оказаться непопулярной у широкой российской общественности — и наоборот. Вот и исходим из этих, разумеется, безусловно-субъективных представлений о том, что может быть интересно читателю…

Михаил Маркоткин (Росмэн)
На вопросы отвечает
Михаил Юрьевич
Маркоткин,
генеральный директор
издательства «Росмэн»

Ольгерд: Михаил Юрьевич! Издательство «Росмэн», я так понимаю, сейчас новый игрок на рынке манги. Скажите, пожалуйста, каким образом вы пришли на этот рынок, и почему решили заняться им?

Маркоткин: Да, действительно, мы только выходим сейчас на рынок, и рынок этот считаем очень интересным. (Приятно, кстати, выступать после «Сакура-пресс», пионеров этого движения). По поводу отбора я хотел бы добавить. Конечно, очень всё субъективно: поскольку рынок только начинает развиваться, выбор издателя здесь будет всегда субъективен. Предугадать успех манги, наверное, трудно сейчас — нет ещё статистики и нет такого развитого рынка, как в Японии. Если посмотреть японский рынок — то там шестиэтажные магазины, все заполненные книгами, и реально уже можно предположить, какие сюжеты будут продаваться и в каких количествах. Как это сейчас, например, на нашем обычном книжном рынке: мы, когда издаем книги для детей… или когда издатели издают детективы — они уже предполагают, какой тираж можно продать. В манге пока просчитать этого нельзя.

Есть, наверное, ещё один такой критерий, по которому можно отбирать мангу: это, конечно, медийность. Если анимэ стоит на одном из каналов, то манга явно будет работать. Ну, например, успех «Наруто» показывает, что это срабатывает везде хорошо — не только у нас в стране, но и в Европе и в Америке. В Европе всё очень жёстко завязано на показы анимэ на каналах, и эти все проекты, как правило, успешны. Вот поэтому выбор всегда и субъективен. Почему мы входим на этот рынок? — Потому что мы — издательство, которое издаёт литературу для детей и подростков, для молодых читателей… и в этот сегмент мы, честно говоря, никогда не входили и очень долго к нему присматривались.

Ольгерд: То есть, вы в первую очередь хотите распространять мангу с точки зрения просветительской?

Маркоткин: Нет, мы считаем, что это будет коммерческий проект, что время настало входить в этот сегмент уже массированно. И это не только мы входим — и «АСТ» издаёт, и «Эксмо», и другие крупные издатели. Я думаю, что рынок будет в ближайшее время очень чётко сформирован, сегментирован и появится конкуренция. Это вопрос, ну, наверное, трёх-пяти лет.

Ольгерд: Значит, «Сакура-пресс» занялась мангой потому, что они это дело любили, «Росмэн» — потому что увидел коммерческие перспективы, а что «Истари Комикс»?..
Николай Чесноков (Истари Комикс)
На вопросы отвечает
Николай Чесноков,
генеральный директор
издательского дома
«Истари Комикс»

Чесноков: Что касается нас, то разные соображения имели место. Мы собственное издательство создавали, как и «Сакура-пресс», непосредственно под издание манги, и конечно это был коммерческий проект — но не только. Скажем так: примерно наполовину имеет место и просветительство. То есть… есть огромный пласт культуры, огромнейший (даже трудно себе представить, насколько), который недоступен русскому читателю — до сих пор ещё недоступен, я считаю, поскольку то, что издаётся — это капля в море. Для нас было не в последнюю очередь важно донести эту культуру, эту визуальную составляющую и то, как она соединяется с вербальной, то есть эти рисованные истории, которые ведь не похожи на книги — они и читаются по-другому, и воспринимаются по-другому… Для нас всё это было очень важно. Соответственно, мы это и имели в виду в нашей работе. И, разумеется, всё это должно было быть коммерчески обосновано, иначе очень быстро кончится — совершенно неизбежным образом.

Ольгерд: Спасибо. Значит, что мы наблюдаем? Какое-то время в России манга была своеобразной приметой субкультуры, мангу смотрели в основном анимешники, но наступил какой-то момент, когда её стали рисовать — и вот её начали издавать. Как мы видим, уже говорят даже о том, что у манги есть коммерческие перспективы. Вот, например, журнал «руМанга», который сейчас издаётся… Скажите, пожалуйста: вы взялись за это дело на чистом энтузиазме, или потому, что тоже почуяли, что можно от этого получить прибыль?

Дмитрий Мережко (руМанга)
На вопросы отвечает
Дмитрий Юрьевич Мережко,
учредитель российского манга-
журнала «руМанга»

Мережко: На самом деле, наверное, как и у моих коллег, манга была вначале предметом моего личного интереса какое-то время (довольно продолжительное), а вот «спусковым механизмом» стало то, что, как вы правильно сказали, её стали рисовать. Я очень хорошо помню тот момент, когда случился перелом: я ехал в машине, слушал радио «Бизнес-ФМ» и вдруг услышал новость, что русская девочка из Челябинска завоевала второе место на International Manga Award. Был 2008-й год. Но и до этого я уже думал, каким образом выйти на этот рынок (я в периодических изданиях работаю, не в книжных), и с инвесторами даже своими говорил: вот в манга-периодике к кому бы обратиться по поводу лицензий?.. И в этот момент я понял, что, наверное, здорово будет работать не с лицензиями, а с оригинальными авторами. Если есть кто-то, кто рисует… кто-то, кто получает места… — значит, есть какой-то рынок художников здесь, в России.

И, собственно, вот на концепции издания это и сказалось: мы работаем, как видно из названия, с художниками из нашей культуры. Мало того, когда я, в конце концов, познакомился уже и с Цуёси и с её издателями, и почитал мангу «Портрет», меня поразило то, что если до этого я видел работы всё-таки немножко не наши, понятно было, что это фанские, чисто субкультурные вещи, то «Портрет» — это хороший рассказ. Очень хороший рассказ с прекрасным сюжетом, который понятен нашей культуре. И я понял, что такие работы — вполне смогут у нас тут найти своего читателя, только не в текстовой, а в визуальной форме. Собственно, вот так всё и началось.

Ольгерд: То есть, ключевая фраза здесь прозвучавшая: текст и книга, которые могут быть понятны нашей культуре. А мне интересно мнение (в том числе и зала): что такое для вас манга, и что такое для вас «русская манга» — есть ли вообще такое понятие? Могут ли русские художники рисовать мангу? Или они обязательно должны рисовать её так, как рисуют в Японии, и обязательно рисовать на японскую тему?

Зритель из зала: Вот некоторые художники рисуют мангу в цвете. А многие мои друзья считают, что если она цветная — это уже вообще не манга. Вот это, как бы, особенность русских художников, которая анимешникам не нравится. И соответственно, художники в России распадаются на два лагеря: те, кто рисуют мангу в цвете, и те, кто — стандартную, чёрно-белую.

Ольгерд: Дорогие издатели, как же быть тогда? Как вообще определить, достойна ли манга того, чтобы вы ею заинтересовались?.. Вопрос сразу всем издателям: вы хотите работать только с японской лицензией, или готовы каким-то образом поспособствовать русским художникам, которые занимаются этим направлением, и издавать их истории?

Яковлев: Можно я скажу? Я не издаю ещё мангу, но я организую выставки манги, которые проходят в рамках фестиваля «Бумфест» в Петербурге — в прошлом году, например, мы показывали работу Кейджи Накадзавы «Босоногий Гэн». А я бы хотел поговорить по поводу терминологии. Все говорят «манга, манга»… здесь речь идёт именно о японской стилистике, или речь идёт о манге как о комиксе, о жанре, направлении? Если речь идёт о больших глазах и прочих (каких там ещё?) отличиях стиля, то это одно, а если о направлении — это совсем другое.

Ирина Борисовна Михнова, Дмитрий Мережко, Дмитрий Яковлев, Александр Кунин
Слева направо: Ирина Борисовна Михнова (РГБМ), Дмитрий Мережко («руМанга»),
Дмитрий Яковлев («БумКнига»), Александр Кунин («Хроники Чедрика»)

Ольгерд: Всё-таки, Япония — это страна визуальной культуры. Для японцев письменность неразрывно связана с картинками, их иероглифы — это стилизованные картинки, поэтому для них совершенно естественно сочетание картинки и текста. Они могут воспринимать и рисунок, и надпись. Почему в России не происходит такого? Почему в России люди с таким трудом воспринимают мангу и говорят, что манга — это грудастые девушки, это большие глаза, это сплошные приключения? Почему почти никто здесь не знает, что есть ещё социальная манга, что есть истории из жизни простых людей, что есть обучающая манга?.. Каким образом можно было бы донести её до читателей?

Чедрик: Предлагаю задать этот вопрос нашим издателям.

Маркоткин: Давайте я попробую ответить, каково моё отношение к манге и почему этот жанр будет успешным. На самом деле, стиль рисования, на мой взгляд, абсолютно не принципиален. Сейчас мы говорим: «японский стиль рисования», «девушки» там, определённых начертаний… но (может быть, я кощунственные вещи говорю) это будет очень быстро всё трансформировано, потому что главное не стиль рисования, а подача информации.

Михаил Маркоткин, Олеся Ольгерд, Александр Кунин
Слева направо: Михаил Юрьевич Маркоткин («Росмэн»),
Олеся Ольгерд и Александр Кунин («Хроники Чедрика»)

Почему, на мой взгляд, будет происходить развитие этого жанра? Потому что это графическая подача информации, то, что мы практически получаем сейчас в интернете, через все эти компьютерные технологии. Поэтому комикс и манга будут развиваться стремительно. В течение буквально нескольких секунд ты можешь схватить полностью всю историю через эту графику; при минимуме текста ты получаешь информацию и эмоции. На самом деле, этого в принципе достаточно, чтобы оценить продукт — и двигаться дальше, получив информацию, с которой ты можешь дальше работать как угодно.

Мне кажется не стоит зацикливаться на том, цветная это манга или чёрно-белая, какой у неё стиль повествования… Главное здесь при выборе (а мы часто выбираем субъективно) — что будет работать; а работать будут история и талант художника — насколько он разработает образы. Если всё срастается, то дальше этот проект пойдёт, у него будут перспективы выходить уже и в Интернет, и в медийную сферу. Если плохая история и плохие образы — как бы эта манга ни нравилась кому-то, она, скорее всего, не сработает, потому что продаётся всегда история и образ.

Зрительница из зала: У меня вопрос! Я спорила со своими друзьями по этому поводу. Они просто не способны воспринимать и картинку и текст одновременно. Я приносила им потрясающие какие-то примеры, мол, вот, изображение отличное — они говорили «Нет, я не могу воспринимать картинку и текст». А вот как по продажам… это исправляется уже, или нет?

Маркоткин: Мне кажется, это вопрос культуры. Вот японцы и китайцы вполне нормально воспринимают и картинку и текст одновременно. Мы к этому придём неизбежно. Вы посмотрите на инструкцию для телевизора, который вы покупаете. Я думаю, что мало кто вообще ЧИТАЕТ эти инструкции, весь этот текст. Вы просто просматриваете пиктограммы, переключаете кнопки, и всё, дальше пошли. Никто инструкции не читает. Тут — то же самое. Мы не можем уже переваривать тот объём текстовой информации, который сейчас есть. Я думаю, мы неизбежно переходим к графическому восприятию.

Яковлев: У меня вопрос: а значит ли это, что люди перестанут читать литературу?

Харламов: Нет, почему ж.

Яковлев: Ну, есть такое мнение.

Маркоткин: Есть просто получение информации, есть получение эмоций, а есть получение удовольствия. Иногда хочется медленно почитать книжку, а иногда просто пробежать между строк текста, чтобы получить нужную информацию, и всё, забыть про это. А вот когда читаешь хороший роман или детектив, ты получаешь удовольствие. Поэтому, в принципе, и электронные книги будут развиваться, и книги на бумаге ещё останутся. Потому что для многих людей это кайф — пообщаться с бумажной книгой и получить вот эти тактильные ощущения: лечь на диване, почитать, прикоснуться. Это просто разные способы подачи информации, разное восприятие, носители… разная форма их существования.

Сегрей Харламов, Михаил Маркоткин, Олеся Ольгерд

Яковлев: Тогда ещё вопрос к издателям. Вот вы все говорили про коммерческую составляющую. А как насчёт позиции издательства? И ответственности издателя за то, что он издаёт?

Харламов: Какой позиции издательства?

Яковлев: Позиции издательства в отношении книг, которые оно издаёт, и ответственности за то, что они делают в ней — не только холодный коммерческий расчёт, но ещё и ответственность?.. Нравственная ответственность?

Харламов: Нравственная ответственность?.. (пауза, разводит руками) Вот смотрите. Насчёт ответственности за те книжки, которые мы издаём: мы, например, несём за них полную ответственность. У нас, в нашем издательстве, очень большое внимание уделяется качеству издания.

Яковлев: У меня вот — такое ощущение, что то, что печатается сейчас, эти ваши книжки, они очень плохо напечатаны — если о качестве говорить. Плохого качества с точки зрения полиграфии.

Харламов: С точки зрения полиграфии — да, есть в этом проблема, мы решаем её. Я сейчас начну очень много говорить о качестве перевода и графической обработки, это надолго… Типография просто находится далеко, с ней трудно общаться напрямую, поэтому проблема менее поддаётся какому-то решению. Ну а то, что мы можем напрямую контролировать — это предпечатный процесс, перевод и графическая ретушь — за это мы несём полную ответственность, за каждую запятую.

Ольгерд: Раз уж тут разговор зашёл об ответственности и о качестве: хорошо, допустим, качество печати — это вопрос ответственности типографии…

Яковлев: Нет! Не так!..

Харламов: Это действительно не совсем так…

Яковлев: … это тоже вопрос ответственности издательства!

Ольгерд: Допустим, издатель говорит: «Я не виноват, я послал в типографию хорошую качественную картинку, мне в ответ напечатали плохо, обрезали криво…»

Яковлев: Ты это можешь не принять, это не является оправданием!

Ольгерд: Хорошо. Мы сейчас пока ничего не комментируем, вопрос был неправильно выстроен. Тогда другой вопрос, за который ближе отвечает издатель — вопрос перевода. Наверняка многие бывали недовольны, когда они читали в интернете какой-то перевод (сканлейт), а потом та же самая манга выходила лицензированной, и в переводе там встречались такие вещи, которые…

Харламов (перебивает): Давайте мы… в первую очередь, некорректно сравнивать один перевод с другим переводом. Нужно сравнивать перевод с оригиналом!

Ольгерд: Вопрос именно о КАЧЕСТВЕ перевода. Вы просто вопрос не дослушали. Каким образом вы выбираете переводчиков для перевода манги, которую вы издаёте, каким образом вы контролируете их работу и учитываете ли вы замечания читателей и слушателей, которые высказываются?..

Харламов: Вообще, вопрос с переводчиками — это достаточно большая проблема и любимая мозоль для нас, потому что переводчиков, способных хорошо переводить с японского — их довольно мало, а тех, кто способны хорошо переводить с японского мангу — и того меньше. Поэтому, к сожалению, большую часть людей, которые присылают нам свои резюме на вакансию переводчика, мы вынуждены после тестового задания не брать на работу, потому что это не выдерживает никакой критики.

Сергей Харламов, Михаил Маркоткин, Олеся Ольгерд
Сергей Харламов отвечает за качество

За переводом мы следим очень тщательно, потому что, как было здесь сказано, одна из ключевых вещей в манге — это её история. Если за качество картинки мы можем быть более-менее спокойны (потому что уж страницу нам никто не перерисует в типографии, да? — мы только звуки перерисовываем), то вот с качеством перевода — он должен быть как можно более точен и адекватен оригиналу, как можно более хорошо переведён на русский. Да, разумеется, мы учитываем ту или иную традицию, которая могла сложиться в фанатских переводах манги, которые были выпущены до того, как мы эту мангу лицензировали. Мы это принимаем во внимание, но это не значит, что мы обязательно берём на вооружение всё, что нам предлагают сканлейт и фанские переводы.

Ольгерд: Дорогие издатели… в особенности, издательство «Росмэн»… будете ли вы каким-то образом взаимодействовать со сканлейтерами? Потому что я слышала такие отзывы — они говорят: мы бы с удовольствием предоставили свои переводы, если бы кто-то из издателей заинтересовался этим.

Маркоткин: Конечно, нужно использовать все удачные решения, где бы они не находились, почему бы нет, и не только с переводом. На мой взгляд, когда об ответственности говорят издатели, надо понимать, что это прямая ответственность: мы отвечаем деньгами. То есть, мы фактически продюсеры: мы вкладываем деньги в проект, и если мы сделаем его некачественно, то скорее всего он провалится на рынке, мы деньги назад не получим и будем в убытке. Поэтому здесь мы наиболее заинтересованы (как участники процесса) в качестве продукта. И не надо этого бояться, потому что это всё регулируется, рынок только формируется — могут появляться продукты и удивительно высокого качества, и среднего качества, и провальные — но потом всё встаёт на свои места, потому что плохой продукт продать нельзя. Рынок всё расставит на свои места, так что не надо этого бояться, обычные проблемы роста… и пока рынок растёт, какие-то накладки будут всегда происходить.

Ольгерд: Спасибо. Мы послушали мнение издателей — людей, которые по тем или иным причинам издают мангу; мы знаем мнение большинства читателей по дискуссиям, которые разворачиваются в сети… А сейчас давайте спросим мнения людей, которые по сути своей ведут работу на тех, кто находится далеко от магазинов — спросим библиотекарей. Каким образом они работают с мангой, как они доносят её до читателей?

Михнова Ирина Борисовна
Ирина Борисовна Михнова,
директор Российской
государственной библиотеки
для молодёжи

Михнова: Здравствуйте, дорогие коллеги! Я действительно принадлежу к большому отряду библиотекарей и являюсь директором Российской государственной библиотеки для молодёжи. Но это не тот отряд, который работает исключительно с бумажной книгой. Как раз сейчас в библиотеках идёт очень острая конкуренция между электронными и бумажными изданиями. И ещё вопрос, какая сторона победит!

В этой аудитории я, наверное, одна из немногих и едва ли не единственная, кто очень далеко стоит пока от этой проблемы. Более того скажу, что три года проблема комиксов как объекта для чтения была вне профессионального поля — моего и большинства моих коллег. Нас многое интересовало, но проблема наличия или отсутствия комиксов как в библиотеках, так и в функционировании их в молодёжном чтении — такой проблемы для нас не было. Появилась она в связи с чем?.. Три года назад я попросила своих коллег заняться переводами материалов (в первую очередь англоязычных) о том, как происходит библиотечное обслуживание молодёжи в европейских странах и в США. И вот в ходе перевода обнаружился очень большой объём материалов, посвящённых наличию комиксов, как очень большой части библиотечного фонда, почти во всех публичных библиотеках Европы и Америки. Более того — клубы любителей и фанатов манги, анимэ — об этом говорится практически во всех материалах. И это нас, безусловно, заинтересовало.

Дальше возникла такая коллизия: если это интересует европейского и американского читателя, наверное, это должно заинтересовать и российского?.. У нас есть библиотекари и люди, которые должны, в принципе, формировать фонд и продвигать его. И мы попытались привлечь внимание наших библиотекарей комиксом. Запустили людей по магазинам и попытались сначала закупить то, что есть на прилавках. В итоге у нас где-то десяток, наверное, названий, в том числе и манга появилась. Но наш специалист сделал неправильный шаг. Для того чтобы возбудить наших библиотекарей, он купил книгу «Особо опасен»… и радостно принёс нашим дамам! Более неудачный способ привлечь наших дам к этой проблематике — найти трудно. После этого мы попытались сформировать фонды, и стали предлагать разным залам, чтобы они поставили вот эти комиксы у себя. Отказались все.

И здесь, ребят, вот такая вещь: я, наверное, дольше вас (чисто по времени) работаю над читательским интересом… Одним словом: предыдущие десятилетия — это были десятилетия полного отторжения идеи комиксов применительно к молодёжному чтению — да, наверное, и к детскому тоже. Потому что они трактовались только как… скажем так: проблемы визуализации текста не стояло. Шло только упрощение и примитивизация текста.

Могу сказать, что примерно в девяностые годы в библиотечной среде ходили такие байки-страшилки, что кто-то однажды в каком-то магазине увидел комикс то ли по «Анне Карениной», то ли по «Войне и миру». Это был такой ужас в нашей среде! Мы не видели этого, никто из нас не видел комикса…

Ольгерд: Речь идёт о комиксе Кати Метелицы, да?

Михнова: Дело в том, что мы не знали даже, о чём речь!

Ольгерд: Комикс «Анна Каренина by Leo Tolstoy»?..

Михнова: Никто из нас его не видел в глаза!.. Но все были напуганы страшно. Напуганы потому, что в нашей среде — мой коллега уже касался этой темы — было принято считать, что чтение — это в принципе чтение хорошей, «нормальной» литературы. А всякое (не упрощение даже) укорачивание текста (картинки здесь даже ни при чём) — это уже насилие над текстом! И мы боялись страшно — этого.

Ирина Борисовна Михнова
Ирина Борисовна рассказывает о казусе с комиксом «Особо опасен»

Хотя вот недавно мы вспомнили, что, будучи детьми, «Весёлые картинки» (это же, в принципе, те же комиксы) — все их читали, будучи детишками; и любили. И картинки, и текстики. Но потом прошли десятилетия, и все об этом забыли.

Так вот, возвращаясь к сегодняшнему дню: мы таки нашли лояльных людей, нашли место, где разместить свой небольшой фонд. Но, тем не менее, мы столкнулись и с проблемой его пополнения. Вот у меня сейчас есть список комиксов, пригодных для библиотек, который мы вытащили из интернета. В нём я вижу как минимум 50 названий.

Одним словом, Российская государственная библиотека для молодёжи готова поработать и с аудиторией, и с этим фондом. Более того, мы готовы пригласить тех, кто хочет общаться, говорить на эти темы (может быть, говорить не только между собой, но и с подростками, с молодёжью).

Ольгерд: Скажите, пожалуйста, а как вы позиционируете мангу? На какую полку её ставите? Потому что когда она только появилась, в магазинах её ставили в раздел детской литературы.

Михнова: Нет, мы сразу размещаем её в раздел комиксов. Я вот что скажу: ведь мы каталогизируем книги — вы знаете о принципах каталогизации, правда? — и главный в России человек по каталогизации, когда я употребила новое это ваше понятие «изотекст» (буквально несколько дней назад) — он схватился за голову и говорит: «Боже мой, что происходит? Создают новые понятия — я не успеваю их вводить в свой ББК» (ББК — это классификатор). Поэтому это всё стоит в одном разделе — комиксов. Но мы, повторяю, готовы пополнять его разными способами — и ждём вас на нашей территории; находимся мы в ста метрах от метро Преображенская площадь.

Ольгерд: Спасибо большое!

Чедрик: Нам, в общем-то, уже пора заканчивать наш круглый стол… который получился, наверное, чуть-чуть треугольным. И под конец этого нашего разговора я хотел бы сказать две вещи. Во-первых…

К Чедрику подходит Богдан и шепчет на ухо.

Чедрик: А! У нас ещё 25 минут, отлично! (Хохот в зале, аплодисменты, издатели, было расслабившиеся, вздрагивают) Друзья издатели! Скажите, пожалуйста, планируете ли вы издавать русскую мангу? И как вообще «Сакура-пресс», которая ещё недавно в интернете писала, что «мангу» нельзя склонять, что русской манги быть не может…

Харламов: Я не говорил, что её нельзя склонять!

Чедрик: А, уже нет?

Харламов: Не уже, а всегда!

Чедрик: Хорошо! Так вот, друзья: что вы думаете о русской манге, есть ли такие проекты? Куда идти нашим молодым товарищам-мангакам и что ждать? Давайте начнём по порядку.

Ольгерд: «Истари Комикс».

Кольчугин: Полчаса назад как раз состоялась небольшая презентация проекта «Скунс и Оцелот», который нарисовали Богдан и Хатчетт — и мы, «Истари Комикс», как раз прямо отвечаем на этот вопрос тем, что в июне выходит книга, чётко, я считаю, подходящая под определение «русской манги». Там будет 160 страниц, формат самый мангашный… Я считаю, это прямой ответ на вопрос. Мы всегда готовы работать с русскими авторами, это очень интересно. Всегда рады, когда к нам приходят с предложением. Более того, готовится ещё один проект, он, наверное, выйдет, в 2011 году и будет цветным. Конечно, это будет не совсем манга, но его тоже русские художники рисуют.

Евгений Кольчугин, Николай Чесноков (Истари Комикс)
Евгений Кольчугин и Николай Чесноков («Истари Комикс»)

Мы всегда открыты предложениям, всегда готовы напечатать с максимальным качеством…

Ольгерд: За счёт самих авторов?

Кольчугин: Нет, нет, конечно.

Ольгерд: То есть, если к вам приходит молодой художник и приносит готовым… ну, допустим, полтома… хотя бы первую главу! — вы посмотрите, и согласитесь проспонсировать его, когда он закончит, и напечатать?

Кольчугин: Насчёт «проспонсировать». Что значит — первая глава? И как спонсировать?

Ольгерд: Ну, он приходит и говорит: «У меня есть такая задумка, вот я (допустим) через полгода её заканчиваю и приношу вам целый том». Напечатаете ли вы его?

Кольчугин: Если в проекте виден потенциал, если это действительно увлекает, если интересная получается книга, и её будут читать, а не просто покупать со скидкой на то, что «это вроде наше, надо как-то поддержать», и действительно за это не будет стыдно, то почему нет…

Ольгерд: Здесь ещё вопрос продвижения. Что издательство делает для этого?

Кольчугин: Чем мы обеспечим эту книгу. Мы обеспечим максимально возможно полками в магазинах… информационную поддержку… какое-то общение читателей с автором… — стандартный набор.

Ольгерд: Спасибо. «Сакура-пресс», пожалуйста.

Харламов: Должен признаться, что в данный момент мы НЕ продюсируем российских авторов. Потому что мы создавались именно для того, чтобы продвигать именно японскую мангу в России. Это сознательная позиция. Даже то, что уже сейчас издано, включая нас и все остальные издательства, которые издают мангу в России, это всё ещё даже не один процент того, что есть в Японии интересного для издания здесь… Русские авторы… Мы не для этого просто существуем.

Ольгерд: Спасибо за ответ. «Росмэн», пожалуйста. Будете ли вы приглашать русскоязычных авторов и будете ли брать их работы на печать и на реализацию?

Маркоткин: У нас нет ограничений — зарубежную мангу издавать или российскую. Мы будем издавать ИНТЕРЕСНЫЕ проекты, интересные истории, качественно сделанные и иллюстрированные. Если всё это срастается, то будем брать независимо от происхождения.

Ольгерд: Спасибо. Дима, а как насчёт «Бумфеста»? Что вы можете предложить? Будете ли взаимодействовать с московскими авторами или ваша специализация — в основном, питерские?..

Дмитрий Яковлев (
Дмитрий Яковлев,
директор международного
фестиваля «Бумфест» и
руководитель издательства
«Бумкнига»
(Санкт-Петербург)

Яковлев: Мы взаимодействуем со всеми, вопрос в том, чтобы они (самое главное!) не были вторичны. Если говорить про русских мангак, то бóльшая их часть вторична. А мне это не интересно ни как издателю, ни как организатору фестиваля.

Ольгерд: А что подразумевается под вторичностью? Сюжеты или стиль рисования?

Яковлев: Ну, срисовано может быть всё — и сюжеты, и стиль рисования. Не могу сказать, что я большой специалист в манге, но мне кажется, что художник, всё-таки, должен вырабатывать свой стиль. Если он рисует так же, как какой-то другой автор, то, наверное, ему лучше пойти работать на фабрику типа «Marvel» и там уж одно и то же (изображает рукой монотонные движения рисовальщика). То есть, вероятно, что с техникой у них всё хорошо, но в целом это вторичный продукт.

Ольгерд: Но теоретически: если вдруг где-то, на «Бумфесте» или на «КомМиссии», появится интересный новый автор — ты обратишь на него внимание? Предложишь сотрудничать?

Яковлев: Безусловно, я обращаю внимание на русских авторов. Потому что считаю, что важно их издавать, делать им выставки, в том числе и за рубежом…

Ольгерд: Вне зависимости от географии?

Яковлев: … абсолютно вне зависимости от географии, да.

Ольгерд: Спасибо. Пожалуйста, «руМанга» — вам вопрос. Как вы видите, куда вы будете развиваться дальше, и до каких высот собираетесь поднимать свой журнал?

Мережко: У нас модель немножко другая, чем у тех, кто книжки издаёт. Поэтому в том, что касается русских авторов — мы на них изначально рассчитаны. С книжными издательствами вполне можно найти какую-то взаимную модель. Если, скажем, человек пришёл с половиной тома, то мы как раз и есть для того, чтобы он дорисовал… то есть, мы являемся стимулом, чтобы он заканчивал. Эксклюзивных прав мы пока не покупаем — если у нас с ним контракт закончится и все обязательства будут выполнены, то он может заключить с издательством договор, если на его мангу обратили внимание.

А что касается вторичности — я вот тут вспомнил, что японские издательства, если знаете, не наказывают за додзинси, и даже иногда используют их, как маркетинговый инструмент для понимания, куда дальше развивать ту или иную сюжетную линию. Там если какие-нибудь додзинси начинают пользоваться популярностью, авторы их наоборот подхватывают и начинают пользоваться. То есть, ничего страшного тут нет. Хотя для нас, конечно, вторичность нехороша, потому что мы всё-таки хотим оригинальный сюжет. Ну, и техника у наших авторов, как видите, не традиционно мангашная, а довольно своеобразная. Это мы и считаем своей особенностью.

Ирина Борисовна Михнова, Дмитрий Мережко, Дмитрий Яковлев
Слева направо: Ирина Борисовна Михнова (РГБМ),
Дмитрий Мережко («руМанга»), Дмитрий Яковлев («БумКнига»).
Дмитрий Мережко рассказывает о концепции журнала «руМанга»

Ольгерд: Спасибо. То есть, получается так: молодые авторы, вы можете начинать рисовать свои первые полтома в «руМанге», потом приходить в «Истари Комикс» или «Росмэн» — и, возможно, вы будете новыми звёздами.

Чедрик: Можно ещё и в «Хроники Чедрика» прийти!

Ольгерд: О да, конечно. Мы приглашаем не только мангак, но и тех, кто пишет статьи, и тех, кто фотографирует — нам все нужны. Всех берём!

Михнова: Я понимаю, что коммерческая отдача для издателей — это прежде всего. Но она, прежде всего, зависит напрямую от объёма потребительской аудитории, правильно? А эту аудиторию надо формировать. У меня нет пока ощущения… во всяком случае, мы пока не являемся участниками формирования такой аудитории. А хотелось бы. Поэтому я призываю вас ещё раз (возвращаясь к теме библиотеки): с нашей точки зрения, среди молодёжи и потенциальных читателей нужно проводить мастер-классы, какие-то лекции, какие-то беседы — в общем, формы представления и формирования нормального, правильного отношения к этому очень громадному, как я сейчас понимаю, пласту визуально-текстовой культуры.

Ольгерд: Спасибо за предложение!

Чедрик (пробираясь в зале среди зрителей): На самом деле, к нам ещё должен был приехать товарищ из Екатеринбурга, от издательства «Фабрика комиксов», но он в последний момент не смог этого сделать — наверное, облако от урагана помешало… а может быть, то, что «Фабрика комиксов» издала сотую книжку и теперь это отмечает…

Сейчас дам слово Марии Крутовой, она расскажет вам о том, как «Фабрика комиксов» издаёт русских авторов — или, по крайней мере, пытается это делать. Итак, передаю ей микрофон (Аплодисменты).

Крутова: Проект альманаха русских авторов манги начался больше года назад — ещё тогда начали всех собирать. Изначально это предполагался толстый сборник в 500 страниц, но потом его разделили. Очень скоро в печать отдадут первый номер сборника, он будет порядка 260-ти страниц и там будет манга для девочек.

Ольгерд: А когда будет-то? Уже давно все ждут.

Крутова (смеётся): Я тоже жду! Я вообще во втором номере… который вообще непонятно когда отдадут в печать. Мне сказали, что он тоже уже готов, и его отправят после первого. Так что сначала мы всё-таки ждём мангу для девочек. Там будет порядка 14-ти авторов, как первые главы, так и законченные истории, и в конце ещё небольшое интервью с авторами.

Мария Крутова aka mahe
Мария Крутова (aka mahe) рассказывает об альманахе манги от «Фабрики Комиксов»

Ольгерд: Этот альманах, когда он наконец выйдет — он задуман, как периодичное издание?

Крутова: Задумывался — да, как периодичное. Сейчас там набрано материала на 5 с половиной выпусков… и всё ещё ждут новых авторов.

Ольгерд: Понятно, спасибо большое. Есть ли вопросы у зала к издателям?

Ольгерд и Чедрик, взяв микрофоны, идут в народ.

Зритель: Здравствуйте! Хотелось бы вопрос задать (наверное, больше к издательствам): насколько японские издательства охотно работают с нашими издательствами и насколько они видят потенциал здесь, в России? Есть ли какие-то ограничения или контроль с их стороны?

КомМиссия-2010, 8 мая, Круглый стол. Зрители задают вопросы
Вопросы от зрителей

Кольчугин (Истари Комикс): Всё достаточно просто: для японских издательств важны компании с историей, с «history». Мы столкнулись с этой проблемой — потому что мы молодая компания, никакой «истории» у нас нет. И нам пришлось доказывать, что мы что-то представляем; те, кто следил за нами с 2008 года, видели, что мы сначала издали китайских авторов, корейских и наконец-то получили японских. Большим, крупным издательствам намного проще: «АСТ», «Эксмо» — вы видите — намного продуктивнее работают в этом же направлении. Если мы работаем с небольшими японскими издателями, то они выходят на крупнейших мейджоров — Kodansha, Shueisha. То есть, чтобы получить у японцев что-то, надо (как они говорят) «иметь историю» — для них это очень важно, это их менталитет, их компании существуют по 100-200 лет, это их такой пунктик.

В дальнейшем, когда начинается доверие и начинается работа, они просто смотрят, что вы издаёте, как вы издаёте, насколько вы честны с ними, отчитываетесь перед ними по продаже… в общем, работа начинается. Дальше легче.

Харламов (Сакура-пресс): Я поддержу… в каком-то смысле. Действительно, когда мы начинали свою работу и изо всех сил пытались приобрести права на «Ранму» — это было очень тяжело, потому что тогда мы были абсолютно новой компанией, без какого бы то ни было бэкграунда за собой. Нам было крайне тяжело — потребовалось два-три года, чтобы убедить японскую сторону в том, что нам действительно можно доверить такой крупный тайтл как «Ранма». Сейчас это всё проще, даже не только потому, что мы сейчас более крупная компания, но и подход самих японцев к продаже своих лицензий за рубеж несколько изменился — потому что в Японии продажи манги как в книгах, так и в журналах, падают (если мне не изменяет память, где-то с 2005 года). Незначительно, но падают. Поэтому японские издательства всё больше сейчас обращают внимание на зарубежные рынки и более открыты, более охотно идут на контакт, чем раньше.

Ольгерд: Спасибо. Ещё вопрос для «Сакура-пресс».

Зритель: Другие издательства, которые выступали здесь, они стали выпускать мангу в оригинальном виде — то есть читать справа налево. Придёте ли вы к этому?

Харламов: Да, безусловно. Просто, когда мы начинали выпускать мангу, это была, как я уже нескромно говорил, первая манга в России. Мы провели небольшую фокус-группу и пришли к выводу, что большинство людей тогда просто не поняло, как читать мангу справа налево, в её оригинальном японском формате. Поэтому мы решили пойти по американскому пути того же VIZ Media, которые начали выпускать мангу в зеркалированном виде, в привычном для чтения слева направо — и через некоторое время пришли к оригинальному японскому формату. Что интересно, та же «Ранма 1/2», которую мы сейчас выпускаем, в Америке где-то до середины выпускалась в зеркалированном варианте, а потом (я не помню точно, с какого тома) перешла в японский вариант, и предыдущие тома были переизданы.

Мы к этому почти что пришли. Мы уже готовы переключиться на оригинальный японский вариант. (Бурные аплодисменты, Харламов немножко удивляется и кланяется).

Ольгерд: Ещё вопрос — ко всем издателям.

Зритель: У нас тут есть представители манга-периодики и представители книг… Скажите, вот то, что по-японски называется «танкабон». Вопрос касается русских авторов манги. Допустим, существующая японская политика такова: автор сперва издаётся в журнале — одну главу, другую, третью, четвёртую — потом с тем же издательством, которое выпускает журнал, заключает новый контракт, и они выпускают эту же мангу уже томом-танкабоном. Однако в нашей реальности мы что имеем — у нас отдельно манга-периодика, отдельно издание книжек… и, если автор вдруг захочет после журнала издаться томиком, не возникнет ли у него проблем с авторскими правами и всем прочим?..

Мережко (руМанга): Давайте я отвечу. Вопрос с авторскими правами — это вопрос, который регулируется с каждым автором индивидуально. Наверное, если мы выкупим эксклюзивные авторские права, мы будем стараться выпустить танкабон сами. Что касается того, почему это всё в разных местах сейчас находится… Я, когда была презентация «Сёгакукана» в японском посольстве, специально спрашивал — и убедился в том, что, как и везде, способы распространения и технология производства в книжном и периодическом издании в России очень сильно отличаются.

Допустим, я, по опыту работы ещё в одном, более крупном журнале, хочу сказать, что в России журналы почти не продаются там, где книжки… а книжки не продаются там же, где журналы. То есть, это очень разные сети распространения. И чтобы одно издательство имело компетенцию в производстве и распространении сразу и периодики, и книжной продукции — это мало кто может себе позволить. К примеру, «Росмэн» же не издаёт журналы про мангу, а моё журнальное издательство не выпускает книжек. Так что это, наверное, такая вот наша проблема… или не проблема… но, по крайней мере — почва для сотрудничества и обмена каким-то опытом.

Есть точки, где мы пересекаемся — магазины мультимедиа, фестивали, анимэ-магазины — а есть те, где мы никогда не будем вместе. Потому что либо одно — либо другое. Я думаю, проблема в этом. А что касается авторских прав — это проблемы индивидуальные: эксклюзивные или не эксклюзивные, разовые или не разовые, срочные или не срочные…

Зрительница: Можно вопрос к издателям? Почему вы не издаёте.. и планируете ли издавать еженедельные и ежемесячные журналы с онгоингами, по примеру, скажем, японского «Сёнен-Джампа»?

Харламов: Речь об американском «Сёнен-Джампе»?.. Просто тут сейчас как раз зашла речь о формате журнала, а потом отдельных томиков… Нужно понимать, что в Японии это формат не издания, а скорее продюсирования манги. То есть — есть журнал, в котором те или иные авторы начинают публиковать своё произведение; если оно оказывается успешным, то оно переиздаётся в виде томика, если нет — автору дают время, чтобы он быстренько свернул историю, и она убирается из журнала. Очевидно, что применительно к изданной здесь (по лицензии) японской манге это не относится, потому что у нас не стоит вопрос того, что нам нужно её продюсировать, оценивать популярность и, в зависимости от этой популярности, переиздавать её в виде томика.

Евгений Кольчугин и Николай Чесноков (
Зрители слушают участников Круглого стола
Всё как полагается:читателям комфортно слушать, а вот издателям приходится нелегко

То есть за рубежом, журналы, подобные «Сёнен-Джампу» в Японии или «Банзай» в Германии — это всего лишь другой формат издания переведённой манги, перед ними не стоит вопрос продюсирования новых авторов. Вообще, это довольно трудоёмкий процесс… Манга у нас как покупается и издаётся? У японских издательств покупается лицензия, после чего мы по одному томику делаем и выпускаем. Если мы говорим о том, чтобы выпускать онгоинг (тот же «One Piece» в Америке издаётся онгоингом… и новая работа Румико Такахаси тоже…) — это так: новая глава появляется в Японии, и тут же она же впускается в Америке. Это требует других способов взаимодействия с японскими издательствами — более тесных. Это в принципе возможно — но не на данном этапе развития нашего рынка.

Зрительница: А почему?.. Вот сейчас те танкабоны, которые вы выпускаете, покупают только «прошаренные» люди (Харламов смеётся), то есть те, кто уже следят за темой. И покупают их больше для коллекции. В то время как в Японии важнее следить за новыми выпусками, то есть за новым главами…

Харламов: Это извечная проблема: фэндом против широкой аудитории. Тот, кто следит за новыми главами в сети или потом покупает наши томики «для коллекции» — на самом деле, их не очень много, хотя они и составляют наиболее активное ядро аудитории, которое продвигает мангу среди своих знакомых, сверстников и так далее. Большинство людей не такие. Мне кажется, вы не правы, если утверждаете, что все наши тиражи покупаются исключительно фанатами манги для коллекции — нет, наоборот: большая часть покупается людьми, которые не являются фанатами манги, не следят на сканлейтерских сайтах, когда выходит новая глава, чтобы её прочитать…

По поводу того, почему это невозможно сейчас в России — как сейчас коллеги из периодической печати сказали, в России производство и распространение периодики и книг — это абсолютно разные области. Поэтому объединить их — это довольно сложная задача.

Заминка, микрофон забирает Чедрик.

Чедрик: Друзья! Всё получилось так, как мы и хотели! (Смех в зале) Нет, я не в том плане, что микрофон наконец попал мне в руки…

Сегодня мы собрали в этом зале прекрасных гостей — издателей, людей, занимающихся периодикой и даже представителя фестиваля, который может выступить не только как организатор фестиваля, но и как потенциальный издатель манги. И для «Хроник Чедрика» это — важный шаг на пути объединения издателей, библиотекарей и книготорговцев в единое информационное пространство, чтобы одни издавали то, что нужно, другие продавали это там, где это надобно продавать, а третьи смогли сделать так, чтобы книга не «умирала», когда пройдёт год после её издания, а жила, жила бы и жила, и мы всегда знали, где её найти.

Сейчас последние вопросы из зала, а затем мы закругляемся. Итак, вопросы!

Комиксист Богдан
Комиксист Богдан — мастер
своевременных вопросов

Богдан (кричит из зала): У меня вопрос!! Всё! Тихо!

Ольгерд: Девушка первой руку подняла, Богдан!

Богдан: Второй у девушки будет!.. По поводу тайтлов: есть тайтлы, которые известны всему миру — «One Piece», «Призрак в доспехах» — но они здесь не издаются. Все знают, что они известны, и есть ещё несколько таких названий («Хеллсинг» допустим)… о которых и фанаты и обычные зрители что-то слышали и хотят знать…

ПОЧЕМУ они не издаются? Почему из известных есть только выборка, а остальное до сих пор неизвестно зрителю вообще? То есть манхва уже берётся, и какие-то неизвестные японские сериалы… Это проблема вообще, как говорится, или по какой-то причине этого не делается?

Кольчугин: Мне кажется, некорректно вопрос был поставлен. Известные сериалы приходят в Россию, тот же упомянутый «Хеллсинг» уже залицензирован и будет издан… (сурово) Так будет и с другими сериалами. Просто в ближайший год. Всё появится.

Харламов: Это действительно ошибочное мнение — что популярные сериалы не издаются в России. Посмотрите на тот же «Наруто», на тот же «Bleach», на тот же «Death Note».

Богдан: Это не все!..

Харламов: «Death Note», «Наруто» и «Bleach» — это три топовых тайтла издательства Shueisha! Что вы ещё хотите?!.. (Хохот в зале, аплодисменты)

Богдан: Ещё! Других!..

Харламов: До них ещё руки не дошли!.. Вот у нас ещё просто руки не дошли до других известных серий…

Выкрик из зала: До «Ван Писа»?

Харламов: До «Ван Писа», да!.. Я думаю, что и других издательств приблизительно такая же ситуация, у них есть какие-то свои резоны в плане выпуска. Я думаю, им никто и не даст больше; сразу огромную пачку самых успешных тайтлов — это для любого лицензиара, того, кто продаёт права, огромный риск.

Зрительница: А у меня сразу два вопроса. Первый: практикуется ли у вас лицензия «пачкой»? Ну, то есть покупаете тайтл и подшиваете к нему разные бонусы, как это делают с фильмами. И второй вопрос: следует ли бороться с пиратской мангой — именно с напечатанной? В частности, вот упомянутый «При рак в доспехах» уже был издан в России. Я не имею в виду электронный сканлейт, я имею в виду именно напечатанную.

Чесноков: Насчёт пакетов — это популярный миф, нет никаких пакетов. В принципе, их можно организовать, но, опять же, это могут себе позволить только крупнейшие компании… и это не очень-то выгодно. Там договор заключается на каждый отдельный тайтл. По второму вопросу можно уточнить ещё раз?..
Чедрик и
Блиц-совещание представителей
«Истари Комикс» после ответа на
табуированный вопрос про
пиратскую мангу

Зрительница: Печатная пиратская манга.

Чесноков: Отношение, или борьба с ней?.. Пока как-то не пересекались жестоко пути пиратов и издателей (в зале хихиканье). Поскольку мы живём в России, я думаю, есть резон уладить всё полюбовно, если такие конфликты возникнут. Скажем так: тема несколько табуирована. В общем… явного конфликта нет. И объёмы другие — честно говоря, совершенно не сравнимые. И, в общем, претензий никто никому не предъявляет, потому что пираты — они не подставляются.

Выкрик из зала: А «Блич», в прошлом месяце который закрыли везде?

Чесноков: Речь идёт об анимэ, не о манге?

Ответ из зала: Да! Будет ли от вас, когда вы купите какую-нибудь лицензию, везде закрытие раздач, запрет на показ сканированной манги?

Чесноков: Вообще, мы по договору это сделать просто обязаны. Мы обязаны соблюдать права правообладателя… и защищать их всеми возможными способами. Я ответил на вопрос?

Ответ из зала: Да.

Чедрик: Друзья! Вам последний вопрос.

Зритель: Мне хотелось бы узнать, как контактируют между собой лицензиаты? Ведь в принципе, я так понимаю, можно двум компаниям независимо купить лицензию — одну и ту же. Если ка…

Харламов (сурово): НЕТ.

Смех в зале.

Зритель: То есть, в России лицензия может быть только одна?

Харламов: Безусловно. Теоретически, так может быть с неэксклюзивной лицензией… но так просто никто не делает. В интересах наших и японского издательства (и любого другого издательства, если б мы даже не мангу издавали, а американские романы) — купить исключительную, эксклюзивную лицензию, чтобы кроме нас никто её, эту книжку, в России не издавал. То есть, это делается только так. Неисключительными лицензиями практически никто не торгует.

Чедрик: Я думаю, наше время уже закончилось… или заканчивается…

Харламов: Что, может у нас ещё 25 минут есть? (Смех в зале)

Чедрик: Нет, к сожалению.

Итак, друзья! Сегодня, в такой вот подозрительной обстановке, здесь, на КомМиссии произошла «встреча на Эльбе», в качестве которой выступили мы — журнал «Хроники Чедрика». Огромное всем спасибо.


Стенограмма мероприятия — О.Ольгерд, А.Кунин
Специально для журнала «Хроники Чедрика # 11»

Добавить комментарий