Светлана Шмакова: «Драмакон» и все-все-все

Светлана Шмакова и Лиллиан Диаз-Пржебыль
Светлана Шмакова
и Лиллиан Диаc-Пржебыль,
New York Anime Festival-2007
© Deb Aoki
Для Светланы Шмаковой нью-йоркский Анимэ Фест-2007 стал настоящей чередой праздников. Третий и заключительный том сделавшей Светлану знаменитостью сёдзё-манги «ДрамаКон» («Dramacon») от TokyoPop был выпущен в начале декабря. Издательство «Yen Press» вовсю раскручивало её следующую серию, «Вечерняя школа» («Night School») — огромные баннеры в вестибюле, автограф-сессии и групповые конференции. И весь день – толпы поклонников, выстраивающихся в очередь, чтобы получить подпись на своём экземпляре и, если повезёт, перекинуться парой слов с дружелюбной, сдержанной художницей.
Предлагаем нашим читателям перевод интервью Светланы Шмаковой, данного в декабре 2007 г. сайту Manga.About.com

За каких-то несколько лет Шмакова прошла путь от обычного художника среди многих таких же в «Artists Alley» до одного из самых популярных мангак в Северной Америке. К тому же, «ДрамаКон» стал не только самым продаваемым тайтлом TokyoPop, но и собрал кучу похвальных рецензий и номинировался на несколько главных премий манга-индустрии, включая Eisner Awards и Harvey Awards.

Довольно ошеломляющий поворот событий для русско-канадской девочки из Онтарио. В общем, самое время поймать Шмакову и поболтать с нею о том, где она была, куда собирается, об истоках «ДрамаКона» и о том, что она припасла для читателей в грядущем выпуске новой серии «Night School».

Dramacon: манга-драма против действительности

Dramacon, том 1
Dramacon, том 2
Dramacon, том 3
«ДрамаКон»: русская версия
от «Фабрики Комиксов»
Деб Аоки: Прежде всего, поздравляю с завершением и выпуском заключительного тома «ДрамаКона»! Давайте для начала немножко поговорим о нём. Что вдохновило Вас на создание этой истории? Правда ли то, что основана она на реальных событиях из Вашей жизни, имевших место на аниме-конвенте?
Светлана Шмакова: И правда, и не совсем. Сам замысел «ДрамаКона» возник в тот период, когда я регулярно посещала разные конвенты. И на одном из них я два года подряд видела некоего косплейера… Он красовался в одном и том же костюме и был действительно так потрясающ, что просто очаровал меня. Мы не пересеклись и не стали встречаться, мы даже ни разу не поговорили. Он и понятия не имеет, кто я и что я, но такова уж специфика писательского мышления – вы вникаете во что-то вроде этого, и остальное уже благополучно домысливается. Я подумала: «А что, если бы всё происходило в манге? И что, если бы на моём месте была не я, а персонаж этой манги?» И вот так всё и получилось.

Фактически, изменений по сравнению с первоначальным замыслом оказалось совсем не много, но, как я и думала, у истории был большой потенциал. Так что, когда появился «TokyoPop», я предложила им эту идею, и мне сказали: «Да, давай так и сделаем».

ДА: Как же выглядела оригинальная идея?

СШ: Сперва всё задумывалось как история о девочке, которая встретила косплейера… и должны были быть всевозможные драмы и препятствия, которые им предстояло преодолеть.

ДА: Когда Вы предложили эту историю «TokyoPop», Вы с самого начала думали, что это будет трехтомный арк? Или предполагалось, что это будет оншот, или…?

СШ: Ну, первый том надо было сделать самодостаточным (потому что они не были уверены, захотят ли заключать договор на оставшиеся две книги), но при этом – оставить лазейку для потенциального продолжения в случае, если позже будет всё-таки решено выпустить его. И вот они читают первый том – и говорят: «Хорошо, давай и другие две в том же духе». Поэтому можно заметить, что в первой книге не так уж много кульминационных моментов, но во второй действие достигает своего апогея, потому что я уже наверняка знала, что будет и третья книга.

ДА: Одна из примечательных особенностей манги «ДрамаКон», думается мне, в том, что в ней есть эпизоды, которые словно бы навеяны реальными событиями анимэ-конвента. Ну, знаете, все эти бесцеремонные сотоварищи по «параду художников», зависть и ревность, соседи по комнате, от которых просто мозги набекрень, и так далее. Насколько это – отголоски Ваших личных переживаний или чьих-то рассказов, услышанных Вами?

СШ: Я хотела бы усиленно подчеркнуть, что всё в книге – сплошной вымысел. Это не настоящие люди и не случавшиеся происшествия! Конечно, у меня немалый опыт участия в конвентах. Какое-то время я полностью посвятила их посещению, и там уж насмотрелась и наслушалась всякого. Таким образом, когда я работала над книгой, я учитывала, что в ней – как бы реальные люди с конвентов и в сходном окружении. Я попробовала написать историю, которая вполне могла бы случиться; я старалась сделать её настолько правдоподобной, насколько это возможно. Но ничего этого не было! Не было, и всё тут! (Мы обе смеёмся).

ОАМанга: от «это не манга» к наградам и почёту

ДА: Одна сцена, которая пробрала меня при первом чтении «ДрамаКона» – это когда Кристи и Бетани противостоит маленький мальчик, который говорит им, что их работа – «не манга», и они вступают в спор. Действительно ли таково было мнение, с которым Вы столкнулись на личном опыте, участвуя в конвентах, и изменилось ли отношение к оригинальной англоязычной манге (ОАМ) с тех пор, так как Вы нарисовали эту сцену?

Кадр манги Dramacon

СШ: Отношение к ОА-манге очень изменилось. Теперь многие люди пишут мне, чтобы сказать: «О, я был пуристом манги, но я прочитал Вашу книгу, или “Fool’s Gold”, или “Bizenghast” – и получил не меньшее удовольствие». Как они резюмируют, «чтобы быть хорошей, ей не обязательно быть только японской».

Ну, вообще это специфическое противопоставление: я никогда не слышала, чтобы что-то вроде этого говорили на конвенте, но зато видела множество таких высказываний на форумах в Интернете. И люди там были весьма злобны. И вправду чувствовалось, что было опасно оказаться художником ОА-манги. Если б вы появились на таком форуме и сказали «О, а я рисую мангу», они бы моментально отбрили вас: «Да нифига подобного!» Серьезно, вам такой бы разнос учинили…

И я прикинула, что подобная сцена как нельзя лучше вписывается в историю Кристи и Бетани, которые, вращаясь в определённых кругах, делают попытки рисовать то, что, по их мнению, является мангой, — но есть публика, которая их мнения не разделяет. И рано или поздно им с этим придётся столкнуться.

«Следуя твоей логике, и пицца — не пицца, если испечена не в Италии и не-итальянцами.
— Манга — это НЕ ПИЦЦА! — Ну да, нет в мире совершенства…» (кадр из «ДрамаКона»)
ДА: «ДрамаКон» номинировался на Eisner Award, этот «Оскар» комикс-индустрии, — и был признан книжными и комиксовыми рецензентами, библиотекарями и прочими как выдающаяся манга-серия. Вы были удивлены такому повышенному вниманию и наградам?

СШ: Я была просто в изумлении! Первую книгу «ДрамаКона» я писала, в основном, дурачась. Я всего лишь хотела позабавиться. Самое большее, на что я надеялась – что книжку примут благосклонно. Я была бы довольна, даже если бы её просто выложили в магазине – так что всё, происходившее сверх этого, вызвало уже реакцию вроде «Эй, а что это тут происходит?».

Когда она начала хорошо продаваться, и поклонники стали писать мне: «Я люблю эту книгу», я подумала: «О, как мило. Спасибо!» Но я была уверена, что ничего значительнее этого уже и не случится. Когда же меня вдруг номинировали на Harvey Award, а затем и на Eisner, первая мысль была: «Ваа, кому за это заплатили??» (смеётся)

Это было первое доброе предвестие для ОА-манги. Когда я только начинала, люди говорили: «ОА-манга – это просто чухня», а теперь всё изменилось.

ДА: В тему того, насколько всё меняется: японское издательство Kodansha в начале 2008 года издает в Японии «МегаТокио» Фреда Галлахера. Кто-нибудь уже обращался к Вам с предложением опубликовать «ДрамаКон» или любую из Ваших других работ в Японии?

СШ: Эмм… Вот так напрямую – нет. С японскими издателями мне встретиться доводилось, и им нравится моя манга, но у них настолько большой ассортимент работ, из которых можно выбирать, что я на самом деле отнюдь не первая в этом списке. Хотя, конечно же, меня прельщает мысль издать мою работу в Японии, — и однажды, надеюсь, так и случится.

«ДрамаКон» уже был издан на 10 языках мира, так что было бы здорово, появись он и на японском. («ДрамаКон» был переведён на японский язык в апреле 2009 г. — Прим.ред.)

ДА: Вот это круто. А что за страны?

СШ: Всех я не помню, но Франция — точно. Франция, Испания, Германия… предполагаю, что издадут также и в России. (Первый тираж «Dramacon: Книга 1» от издательства «Фабрика Комиксов» в России вышел из печати 29 августа 2008 г. — Прим.ред. )

ДА: Ух ты, как волнующе!

СШ: Вот-вот! И я думаю, что буду в таком случае в состоянии самостоятельно переписать сценарий по-русски.

ДА: Припоминая прочитанную Вашу биографию: первая Ваша встреча с мангой и анимэ произошла в детстве, ещё в России, правильно?

СШ: Ну да, то был навеянный мангой комикс. Я прочла «Elfquest», и это стало для меня большим событием. Я изо всех сил захотела создать что-то вроде этого, заставить людей испытать то же чувство, что испытала я после прочтения этого комикса – то изумительное ощущение полного погружения в тот мир, который был так зримо воплощён, настолько отличался от нашего.

Персонажи комикса «ElfQuest» (1978), сценарий Венди и Ричарда Пини, арт — Венди Пини (Richard & Wendy Pini)

ДА: Я знаю, Вы как-то благосклонно упоминали «Кэнди Кэнди» Юмико Игараси («Candy Candy», Igarashi Yumiko) – я тоже питаю слабость к этой истории…

СШ: О! Я смотрела это анимэ неукоснительно, всякий раз, когда только могла… но концовку пропустила, не помню уже, почему… Друг сказал мне, что в конце Кэнди так и не вышла за парня?

ДА: Да. Именно так.

СШ: Так-таки и не вышла? Ааах! Невероятно!

Ди Дюпуи (Dee Dupuy, арт-ассистент по «ДрамаКону» и приятельница Светланы): Вот честное слово, вы – единственные двое на планете, кто следил за этими показами. Ты и она!

ДА: Неправда!

СШ: Вовсе даже неправда! (все мы смеёмся)

ДА: Я только потому упоминаю, что «Candy Candy» — одна из причин, почему я влюбилась в мангу ещё в девчачьем возрасте, и захотела быть мангакой, когда вырасту. Вот такое вот хитросплетение.

СШ: Я и вправду очень любила этот мультик. Его показывали где-то около 7 часов утра. У меня всегда сложно было с приходом в школу вовремя. Но проснуться пораньше, чтобы посмотреть «Candy Candy» и «Robotech»? Никаких проблем! (смеётся)

Манга Candy Candy (1975)
Анимэ Candy Candy (1978)
Кадр из анимэ Candy Candy
Кадр из анимэ Candy Candy
Слева направо: манга «Candy Candy» Юмико Игараси и Киоко Мизуки (1975, Yumiko Igarashi & Kyoko Mizuki);
анимэ «Candy Candy: The Call of Spring» (1978, сценарист Нобору Сирояма); кадры из анимэ «Candy Candy»

ДА:(смеётся) Давайте вернёмся к «Драмакону»! Теперь, когда история подошла к концу, немного грустно расставаться с ней и её персонажами, так ведь?

СШ: Очень грустно! Я не печалилась, когда только-только закончила книгу, потому что была в состоянии лишь радоваться, что наконец могу выспаться (смеётся). Но потом уже я начала думать: «Ой, ведь ещё столько всего осталось нерассказанным…». Надеюсь, в один прекрасный день я смогу вернуться к ней.

Понятно, что сейчас я занята своей следующей серией, но ещё множество историй осталось за кадром. Я хочу сказать, что не уделяла особого внимания глубокой проработке характеров. Взять, к примеру, Монику и Ю Ён – у них тоже есть о чём поведать. И история Бетани далека от завершения. И Радж, увы, не получил с моей стороны должного внимания.

И мы всё еще ничего не знаем о Мэтте! В смысле, он – это парень, которого мы вроде бы знаем, нам известны о нём кое-какие подробности, но мы на самом деле даже не видели, каков он в отношениях с другими людьми. И Сандра – о ней нам вообще мало что известно… в общем, есть где развернуться!

ДА: Я знаю, что у Вас – учёная степень по мультипликации; а не подумываете ли Вы над созданием авторской анимэ-версии своих историй?

СШ: Хотелось бы, конечно, увидеть «ДрамаКон» в виде анимэ… но не думаю, что такое случится. Хотела бы я сама сделать мультфильм? Разве только отрывочек для забавы, потому что мультипликация – это масса тяжёлой работы. Я тут обнаружила, что я на самом деле довольно ленива, и хочу выдавать свою историю сразу же, вместо того, чтобы ждать людей, которые делают за раз понемногу, кадр за кадром, кадр за кадром…. Может быть, я и связалась бы с этим, дай мне раскадровку и сценарий, но сие уж – принятие желаемого за действительное! (смеётся)

Следующая глава: Вечерняя школа

Баннеры «Вечерней школы» на New York
Anime Festival-2007 © Deb Aoki

ДА: Давайте теперь пару слов о следующей манге. Итак, «Вечерняя школа». Будут ли резкие изменения в общей атмосфере, по сравнению с «ДрамаКоном»?

СШ: Я всё еще прикидываю, что к чему. «Вечерняя школа» — история, которую я хотела написать ещё с тех пор, как сама училась в старших классах. Это – приключения в духе урбанистического фэнтези. Тут всё будет мрачнее, чем в «ДрамаКоне», который временами был достаточно суров.

Но я не думаю, что смогу когда-нибудь обходиться совсем без юмора, потому что я не в состоянии сохранять неподвижное лицо согласно сценарию страницу за страницей (смеётся). Смешные моменты найдутся и там.

ДА: Насколько Вы уже продвинулись в работе? Я знаю, что она выходит следующим летом в «Yen Plus», журнале издательства «Yen Press», правильно?

СШ: Как далеко я…? (пауза) А мой редактор тоже это будет читать? О, тогда я очень-очень продвинулась! (смеётся)

ДА: Напряжно ли это – думать о рисовании истории, которая будет издаваться специальными выпусками ежемесячно?

СШ: И да, и нет. На самом деле, это то, чего я с нетерпением жду. Я работаю в таких случаях так же, как со своими веб-комиксами: просто двигаюсь вперёд, рисуя каждую страницу со смутным представлением о том, как будет развиваться история. Когда же я работаю на цельной книгой, мне необходимо строго распланировать события, поскольку в книге определенное количество страниц, и мне нужно «уложить» завершённую историю в их пределах.
Именно поэтому иногда ощущается, как моя история становится немного суетлива – потому что я пытаюсь втиснуть так много всего, и вдруг понимаю, что не вписываюсь в лимит страницы! Так что приходится либо сконцентрировать действие, либо заняться сокращением сцен тут и там. Тогда я завожу разговор с редактором и говорю: «А как насчёт книги страниц на 300?» (смеётся) Ну, это и были бы 300 страниц, если бы мне позволили!
Мои книги том от тома толстеют. Первый том «ДрамаКона» составлял 162 страницы, второй – 183 страницы, последний – уже 194 страницы.
Но «Вечерняя школа»… о, я тааак взбудоражена ею. Я люблю урбанистическое фэнтези. Это что-то вроде комбинации действительности с долей волшебства.
Nightschool, том 1
Nightschool, том 2
Обложки манги «Nightschool» от Yen Press

ДА: Расскажите немного о главных персонажах.

СШ: Их трое. Первая – Алекс. Она потомок особого ведьмовского рода, именуемого Вейрнами; это ведьмы, опекаемые демоническими духами. Алекс – тип капризной, насупленной девочки. Для меня просто дело чести позабавиться над ней из-за этой её угрюмости и серьёзности. Она – женский вариант Мэтта! (смеётся)

Два других главных персонажа – Рени и Рошель. Они — сестры, и тоже Вейрны. Рошель – создание беспечное, крайне дружелюбное и открытое. Ей нравится совать свой нос в чужие дела, и хорошим это никогда не кончается!

Что касается Рени – она из тех, кто, по всеобщему признанию «окончив школу, завоюет мир». Очень покладистая, высокая и красивая, она к тому же весьма умна и талантлива в магии – полная противоположность сестре. Она просто крута. Я рассчитываю на сотрудничество с ней.

На самом деле там масса персонажей. Не думаю, что будет только одна центральная пара, как это было в «ДрамаКоне». Вероятно, теми, кто будет в центре внимания большую часть времени, станут Алекс и Рошель, но иногда там будут и романы.

А ещё там есть Охотники! Они отчасти походят на Убийц из фильмов о Баффи. Если описать «Вечернюю школу» в двух словах, звучать это будет примерно так: «Гарри Поттер встречается с Баффи-истребительницей вампиров». Это – волшебная школа, но у её учеников есть проблемы, потому что на них охотятся Охотники. Есть несколько Охотников, и их прикосновение смертельно для любого подобного демону существа. Мне много радости приносит работа над созданием этого мира, хоть и даётся оно нелегко.

ДА: К какому жанру Вы отнесли бы эту книгу? Драматическая история? Сверхъествественная история? Приключенческое фэнтези?

СШ: Это драма, это саспенс… это всего понемножку. Предположительно, лучшим обозначением для жанра было бы «урбанистическая фэнтези-мистерия». Будут загадки, требующие решения. Например, Алекс поступает в Школу, чтобы узнать о судьбе своей сестры, которая отправилась однажды ночью на работу, да так и не вернулась. И вот Алекс пытается узнать, что же случилось – и оказывается, что произошло кое-что всерьёз жуткое. Так вот, первая книга расскажет о поисках сестры и о том, что же это за загадочная школа.

Вне «ДрамаКона»: планы на будущее и истории, которые ещё будут рассказаны

Страница веб-комикса
Светланы Шмаковой
«Chasing Rainbows»

ДА: Звучит классно! Мне уже не терпится почитать.

Что ж, получается, Вы достигли многого в относительно короткий срок. У Вас есть какие-нибудь цели, которые Вы хотели бы реализовать за следующие несколько лет?

СШ: Я хотела бы продолжать делать своё дело так долго, насколько это только возможно. Я хочу закончить «Вечернюю школу», и сделать её продолжительнее, чем три тома. Я нахожу, что три книги – это очень стесняющие ограничения. А мне бы так хотелось больше времени отвести на развитие характеров. Что ж, поживём – увидим.

У меня ещё есть миллиард других идей! И надо ещё закончить «В погоне за радугой» («Chasing Rainbows», серия веб-комиксов Шмаковой на Girlamatic.com – Прим.авт.), а есть ведь ещё другие истории, которые я даже и не начинала. Мне хотелось бы суметь создать много книг.

ДА: Хотите ли сказать пару слов Вашим читателям?

СШ: Спасибо вам всем большое за ваше чтение! Я совершенно не ожидала, что найдётся так много людей, кто прочтёт мои истории и будет смеяться над моими шуточками! (смеётся). Это просто великолепно, так что спасибо вам.

Оригинал статьи — на сайте Manga.About.com: Interview: Svetlana Chmakova
Перевод — Олеся Ольгерд, специально для «Хроник Чедрика # 6»